July 2nd, 2013

Кому же они братья? Часть 9.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 9.

В «недельном обращении», опубликованном 19 августа 2006 года, глава «Братьев-мусульман» Мухаммед Акеф впервые публично заявил о поддержке «Братством» вооруженного джихада во всем исламском мире. М.Акеф отметил, что «Братья-мусульмане» поддерживают не только ХАМАС, но и все группировки моджахедов в исламском мире, стремящиеся к созданию исламского Халифата, установлению шариата и воспитанию молодого поколения в традициях джихада55.

Таким образом, исламистам, с одной стороны, предоставлены все возможности разными способами привлекать к себе людей: они ведут благотворительную деятельность и занимаются просветительской работой. Им также предоставлена полная свобода демократическими методами добиваться прихода к власти. Но этого мало. Европейские правительства закрывают глаза на поддержку «умеренными» исламистами террористических организаций и фактически поощряют ведущуюся подрывную работу против светских правительств мусульманских стран.

Следствием проводимой политики может быть только два сценария.

Первый – мирный приход к власти в ближневосточных странах исламистов и дальнейшее развитие ситуации по иранскому пути.

Второй сценарий – гражданская война, вызванная нежеланием светских властей допустить исламистов к власти (то, что А.Мусса называет «алжирским путем»).

( Данная статья - превосходный материал для серьезного анализа. А Западу, пора проснутся! В отличие от еврейских гетто, мусульманские обособленные общества, это даже не форпосты, а авангард исламских колонизаторов. Причем, время, их не волнует. Во-первых, социальные условия   в Европе и в Америки    несравненно лучше, чем на их родине, как впрочем, и медицина том числе и акушерство), что позволит, за счет местного налогоплательщика, быстро наращивать массу единоверцев – пока она ни достигнет уровня   государственного значения и соответствующего влияния на его внутреннюю и внешнюю политику. А дальше все по шаблону! Сначала введение законов Шариата, только для мусульман, а потом и для коренного населения, когда власть окажется у исламистов! Это и есть реальная политика организации «Братья – мусульмане» за рубежом.

Что же касается, их родины в Египте, то, как показала жизнь, Аллах экономикой не увлекается, а единственная экономика ислама - это завоевание более благополучных стран, в чем и был связан расцвет арабской культуры и науки. Но когда награбленное кончилось, или было отнято - сначала ордой Чингиз – Хана, а затем и войсками турецкого султана, то все это осталось в памяти у арабов, как о славном, далеком прошлом.

Что же касается государств ислама, где бьют нефтяные фонтаны, так ведь это чудо - сотворили западные технологии, но и запасы энергоносителей не вечны. А дальше что? Только всемирный Халифат, а после него, снова каменный век?! Нельзя, отрицая достижения современной цивилизации, вести свой народ к прогрессу! Ни лично Мурси, ни законы Шариата не способны улучшить жизнь в стране пирамид. Надо менять систему, в которой, во власти, служители Аллаха, а все остальные - рабы ЕГО!

Гражданам надо вернуть - достоинство и права человека, свободу - СМИ и внедрять в экономику - самые последние достижения человечества - в этой отрасли. Но прежде надо повернуться лицом к цивилизованному миру, иначе мир никогда не протянет руку помощи. Значит,   Египет должен возглавить, отнюдь не националист и не фанатик, а просто образованный человек с безупречным прошлым, с точки зрения порядочности, и начать срочные реформы, без чего страна - окончательно рухнет, в результате гражданской войны. Сирийский вариант уже на пороге! - А.Ш.)

Автор Альберт Шамес.

Сайт: http://c1t2v3f4i.jimdo.co

Кому же они братья? Часть 8.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 8.

Более того, многие из принимающих ислам европейцев и американцев становятся адептами именно радикальных учений. Так называемые конвертиты, которых, кстати, становится все больше (по данным мусульманских союзов Германии, в 2005 году в ислам перешло около тысячи немцев, а в 2006 году до четырех тысяч человек), чаще всего исповедуют наиболее радикальные версии ислама. В сентябре 2007 года немецкие спецслужбы арестовали троих мусульман, готовивших на территории Германии крупномасштабные теракты. Двое арестованных оказались коренными немцами, принявшими ислам46.

Последней каплей, исчерпавшей терпение мусульманского сообщества как в Европе, так и в США, стал выпущенный в 2007 году американской Рэнд корпорейшн доклад «Формирование умеренных исламских сетей». Одной из заявленных задач доклада было введение четких критериев, необходимых для выявления по-настоящему умеренных мусульман (речь при этом шла, прежде всего, не о мусульманских общинах на Западе, а о собственно мусульманских странах). Чтобы получить характеристику «умеренных», мусульманин или какая-то группа должны принять четыре основных принципа:

Первый. «Приверженность демократии в ее восприятии либеральной западной традицией и согласие с тем, что политическая легитимность является производной от воли народа, выражаемой в ходе свободных и демократических выборов»47 .

Второй. Признание нерелигиозных источников права. «Барьером, который разделяет умеренных мусульман и радикальных исламистов в странах, где существуют юридические системы западного образца (а таких в мусульманском мире большинство), является правомерность применения законов шариата», – говорится в докладе48.

Третий. Признание и уважение прав женщин и религиозных меньшинств. Авторы доклада оговаривают, что умеренность мусульманина определяется, в частности, его готовностью по-новому интерпретировать положения Корана и Сунны, касающиеся прав женщин и людей, исповедующих другие религии.

Четвертый. Выступление против терроризма и незаконного на-силия49.

Видимо, чтобы усугубить «эффект» от третьего пункта доклада, в котором мусульманам рекомендуется пересмотреть Коран, в категорию «умеренных» были включены автор «Сатанинских стихов» Салман Рушди, индийская писательница Таслима Насрин, призывающая к пересмотру ряда коранических положений, и активный критик традиционного мусульманского общества, канадская журналистка, феминистка Иршад Манджи50. Инициатива Рэнд корпорейшн, по вполне понятным причинам, вызвала возмущение и негодование среди лояльных Западу последователей ислама. При этом сами авторы признают, что приведенных ими критериев недостаточно для выявления взглядов «групп, декларативно называющих себя "демократическими", как, например, "Братья-мусульмане"»51 и приводят дополнительные критерии, в практической эффективности которых тоже можно усомниться.

Европейские политики внесли вклад в раздражение мусульманской общины планами по обучению имамов навыкам борьбы с радикализацией молодых мусульман, озвученными вице-президентом Европейской комиссии Франко Фраттини51.

Не последнюю роль в развитии напряжения между мусульманами и европейцами играют высказывания правых европейских политиков, вроде высказывания лидера голландской «Партии свободы» Гирта Вилдерса. В интервью каналу Euronews в июле 2009 года Г.Вилдерс заявил, что «не верит в умеренный ислам». По его мнению, ислам не пройдет «путь христианства с его Ветхим и Новым Заветами, с отделением церкви от государства, с Просвещением последних веков». И пришел к выводу, что «мы не должны поддерживать европейский или умеренный ислам, не должны доверять ему»53.

Таким образом, идут следующие процессы.

Существовавшая десятилетиями в Европе очень неоднородная, но в целом лояльная западным ценностям мусульманская группа стремительно размывается.

С одной стороны, европейские правительства оказывают давление на лояльные мусульманские общины, вызывая их раздражение и фактически ставя перед выбором.

Либо – сблизиться с теми, кто не принимает сотрудничества с европейскими властями, то есть отвергнуть ценности не только европейского, но и исламского модерна. И принять ценности исламского контрмодерна.

Либо – согласиться на «постмодернистскую» версию ислама, предлагаемую американской Рэнд корпорейшн, предполагающую, по сути, отказ от ислама как такового.

С другой стороны, европейские власти не предпринимают действенных мер для борьбы с исламистами, отказывающимися даже от имитационной лояльности. Налицо не встречающее никакого противодействия европейских правительств усиление радикального крыла тех же «Братьев-мусульман». Так, французская «Ассоциация исламских студентов во Франции», имеющая репутацию умеренной организации, почти не имеет последователей, в то время как «Союз исламских общин Франции» является одной из самых влиятельных организаций во Франции.

Упомянутый выше Ахмед Элькади, бывший глава «Братьев-мусульман» в США, полагает, что его сместили с должности главы американского отделения «Братства» именно потому, что он был недостаточно радикален: считал, что «Братство» должно больше вовлекать в свою деятельность женщин и другие исламские группы, а некоторым членам это не нравилось54.

Кому же они братья? Часть 7

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 7.

Гораздо более жесткую позицию по отношению к исламистам заняли французские власти, с неодобрением смотревшие на то, как в Лондоне получают укрытие осужденные во Франции экстремисты.

В 2002 году Николя Саркози, в тот момент министр внутренних дел, объявил, что целью его политики является сохранение завоеваний республики, одним из которых стало отделение церкви от государства. Мусульмане должны чувствовать себя, прежде всего, французами, а потом уже мусульманами, заявил Саркози. По его мнению, «за республиканским столом нет места фундаментализму»41 .

Для укрепления своей политической линии Н.Саркози в 2003 году настоял на создании единого представительного органа всех французских мусульман – Французского совета мусульманской религии. Но создание совета, который должен был проводить в мусульманских общинах политику властей по интеграции мусульман в республиканское общество, закончилось полным провалом. В результате выборов большинство мест в нем получили две радикальные мусульманские организации: «Национальная федерация мусульман Франции» и «Союз исламских общин Франции» (последняя, как уже было указано, создана «Братьями-мусульманами»).

Представители умеренного направления мусульман Франции – Парижской большой мечети, – принимающие все ограничения, которые накладывает на верующего человека светское государство, потерпели сокрушительное поражение. Сторонники Далиля Бу-бакера, главы Парижской большой мечети, которого Саркози хотел видеть на посту председателя совета, получили в совете только два места из пятидесяти!

Это при том, что представители Парижской большой мечети возлагали большие надежды на поддержку государства. В интервью 2003 года Далиль Бубакер отметил, что «в результате терпимости, которую проявляют власти по отношению к экстремистам, радикальный ислам все больше утверждается во Франции, в Европе и во всем мире»42. Чтобы способствовать укреплению умеренного течения в исламе, европейские власти, по мнению главы Парижской большой мечети, должны «решительно противодействовать росту влияния фундаменталистов»43. В том числе оказывая финансовое содействие по-настоящему умеренным мусульманам.

Итог инициативы Саркози можно подвести опять же фразой Далиля Бубакера: «Почему, если в Кабуле бреют бороды, мы должны их отращивать в Париже?» 44

Таким образом, исламисты, пользуясь в одном случае откровенным попустительством английских властей, а в другом случае либеральным французским законодательством, смогли отвоевать часть позиций у представителей умеренных мусульманских общин.

Еще часть влияния и позиций эти умеренные мусульманские общины, которые уже давно существуют на территории Европы и известны своей лояльностью, потеряли благодаря весьма своеобразной политике европейских властей по продвижению «евроислама».

Концепция евроислама состоит в принятии европейскими мусульманами ограничений, которые вытекают из светского характера европейских государств. И, на первый взгляд, является разумной и конструктивной. Однако когда дело доходит до практического воплощения этой концепции в жизнь, возникают большие проблемы.

В 2003 году в Страсбурге произошел скандал, связанный с тем, что власти стали оказывать грубое давление на местную общину. Сначала власти города пообещали оказать финансовую помощь в строительстве новой мечети, но потом неожиданно увязали помощь в строительстве с готовностью местной общины выполнить ряд условий. Речь шла о том, что проповеди в будущей мечети должны читаться по-французски, а не на арабском языке. От общины также потребовали помощи в борьбе с несовершеннолетними преступниками, соблюдения прав женщин, а также содействия мэрии в вопросе о запрете на ношение хиджаба.

Требования мэрии были с возмущением отвергнуты, так как вопрос о языке проповеди был признан чисто теологическим, а вопрос о «хиджабе» политическим. В ответ вице-мэр Страсбурга Робер Гроссман заявил: «Мы не хотим что-то блокировать, но хотим, чтобы наши принципы уважались»45. И пригрозил пересмотреть не только решение о финансировании строительства мечети, но и решение о самом строительстве.

Необходимость диалога европейского общества с проживающими на территории Европы исламскими общинами (а также гражданами, исповедующими ислам) не вызывает сомнения. Вопрос лишь в том, в чем именно состоит содержание этого диалога.

Те, кто пытается получить ответ на этот вопрос, раз за разом обнаруживают одно и то же. А именно – что применяемые сейчас конкретные действия, направленные на обеспечение подобного диалога (так называемые «меры по продвижению умеренного ислама»), бьют по позициям представителей действительно лояльных властям мусульманских групп. А значит, содействуют активизации тех групп, которые прикрывают свои радикальные цели «фиговым листком» так называемой «имитационной лояльности». Без выработки четких критериев, проводящих границу между подлинной и имитационной лояльностью, диалог Европы с исламом рискует приобрести весьма прискорбный для Европы характер.

После террористических актов, совершенных в Лондоне в июле 2005 года, «меры по продвижению умеренного ислама» были разработаны и в Великобритании. В рамках программы, одобренной лейбористским правительством, было принято решение о поддержке лояльных английскому правительству исламских СМИ и организаций. Было решено также открыть при нескольких мечетях в Англии курсы по адаптации мусульман к жизни в британском обществе.

Но принятые меры вскоре обнаружили свою близорукость и несостоятельность по отношению к реальным вызовам. Ведь уже давно основную угрозу в европейских странах представляют не необразованные эмигранты, плохо разбирающиеся в законодательстве чужой страны, а хорошо образованные мусульмане, разочарованные в западных ценностях и европейском образе жизни, причем отнюдь не по причине культурной фрустрированности или социальной маргинальности.

Кому же они братья? Часть 6.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 6.

Руководитель «Центрального совета мусульман в Германии» Надим Ильяс неоднократно направлял молодежь на обучение в Исламский университет в Медине, созданный в 1961 г. «Братьями-мусульманами». Так в 2002 году член «Аль-Каиды» Кристиано Ганзарский, задержанный за участие в подготовке теракта в синагоге Туниса, признался, что в Исламский университет в Медине, где он был завербован, его направил Надим Ильяс30.

Несмотря на многочисленные доказательства радикальных связей «Братьев-мусульман» и их совсем не дружелюбных намерений по отношению к принимающим странам, «Братство» продолжает оставаться одним из постоянных партнеров европейских правительств. Самых ярых сторонников стратегия сотрудничества с «умеренными» исламистами нашла в Великобритании. Лояльное отношение английских властей к радикальным организациям не новость. До террористического акта 11 сентября 2001 года в Лондоне находились штаб-квартиры практически всех мировых радикальных организаций. Многие эксперты и политики обвиняли спецслужбы Великобритании в том, что они заключили своеобразный пакт с исламистами, суть которого заключалась в том, что в обмен на информацию и тесное сотрудничество британские власти предоставляли экстремистам убежище и возможность открыто проповедовать свои взгляды.

В январе 1997 года член английского парламента от партии тори Найджел Уотерсон предложил законопроект, запрещающий иностранным террористам заниматься своей деятельностью на британской территории.

14 февраля 1997 года законопроект был заблокирован лейбористом Джорджем Гэллоуэем. В своей комитетской речи, которая была внесена в протоколы Палаты общин, Гэллоуэй заявил: «Тирания по определению может быть свержена только с помощью чрезвычайных мер. В условиях репрессий лидеры подобных движений с неизбежностью тянутся в такие страны, как наша, где превалируют свободы. Настоящий законопроект сделает этих людей преступниками, даже если они не нарушили ни одного британского закона и не причинили никакого вреда спокойствию Королевы в ее владениях. Если законопроект будет принят, эти люди станут открытыми для преследований в нашей стране, поскольку они инициируют, поддерживают или организовывают акции в странах тиранов, а эти акции в тех странах, по понятным причинам, считаются противозаконными, согласно законам тех тиранов»31.

После того, как 17 ноября 1997 года Исламская группа осуществила теракт в египетском городе Луксор, в результате которого погибли 62 человека, правительство Египта обвинило Великобританию в пособничестве террористам. В декабре 1997 года в Times было опубликовано интервью египетского министра иностранных дел А.Муссы, в котором он призвал Британию «остановить поток денежных средств от лондонских исламских радикалов египетским террористическим группам и запретить проповеди в британских мечетях, в которых содержатся призывы к убийству глав иностранных государств»31.

В декабре 1998 года разразился скандал, когда в Йемене была арестована группа террористов, планировавшая в стране террористические акты. Как выяснилось, террористы были выходцами из организации Абу Хамза Аль-Масри, получившего в Великобритании политическое убежище и выступавшего с середины 90-х годов в лондонской мечети Финсбери-парка с радикальными проповедями. Требования президента Йемена Али Абдулла Салеха выдать аль-Масри, а также попытки властей США добиться от Великобритании его экстрадиции, в связи с обвинениями в намерении организовать в штате Орегон тренировочный лагерь для террористов, успехом не увенчались.

Конец деятельности аль-Масри в мечети Финсбери-парка британские власти положили только в 2003 году. При этом мечеть перешла не к кому-нибудь, а к «Мусульманской ассоциации Великобритании», то есть к «Братьям-мусульманам».

Попытки в 2004-2005 годах министров внутренних дел Великобритании Дэвида Бланкетта, а потом Чарльза Кларка выработать новый пакет антитеррористических законов ни к чему не привели. Английский парламент подверг острой критике предложенные законы по борьбе с терроризмом. Глава организации по борьбе за права человека Liberty Шами Чакрабарти, заявила, что будущие поколения будут гордиться тем, что демократические ценности возобладали над политикой страха33.

В 2004 году мэр Лондона Кен Ливингстон стал организатором проведения в Лондоне ежегодного заседания Совета по исследованиям и фетвам. Мероприятие проходило в Сити-холле, и в нем, естественно, принимал участие глава Совета Юсуф аль-Кардави. В 1999 г. аль-Кардави запретили въезд в США. Шейх известен своими радикальными выступлениями и фетвами. Так, в интервью Би-би-си он назвал взрывы террористов-самоубийц в Израиле «мученичеством во имя Бога»34. Аль-Кардави осудил захват школы в Беслане, но добавил, что аналогичное нападение на израильскую школу было бы оправданным, потому что израильские школьники, если их не убить, могут вырасти и стать солдатами35.

Все это не помешало Кену Ливингстону в сентябре 2005 года заявить, что «из всех мусульманских лидеров шейх Кардави – самый прогрессивный, он выступает за перемены и за интеграцию ислама в западную систему ценностей»36.

На основе высказываний Ливингстона можно сделать два предположения. Первое, что покровители исламистов просто не знакомы с трудами и высказываниями тех, кого восхваляют. И второе – они очень специфически понимают интеграцию ислама в западную систему ценностей.

Для английских властей, считавших, что тесное взаимодействие с радикальными исламистами является своеобразной гарантией от нападения, теракты в июле 2005 года в Лондоне стали шоком. Как откровенно заявил Кен Ливингстон, «мы давали деньги этим людям, пока они убивали русских. Мы не задумывались над тем, что, когда они перестанут убивать русских, они начнут убивать нас»37.

Правительство Тони Блэра выразило намерение принять радикальные меры против террористов. «Во-первых, сегодня министр внутренних дел обнародует новые основания для депортации и запрета на въезд… Среди них будет поощрение вражды, пропаганда насилия как средства реализации убеждений человека либо оправдание или утверждение правомерности такого насилия…Но даже при существующих правилах сегодня мы подаем сигнал о новом подходе к порядку депортации. Пусть ни у кого не останется никаких сомнений – правила игры меняются», - предупредил Т.Блэр38.

Несмотря на намерение Т.Блэра кардинально поменять антитеррористическое законодательство, в частности, включить в него вопрос о признании мусульманами западных ценностей, в принятой в Великобритании в июне 2008 года правительственной антитеррористической программе «The Prevent Strategy» в качестве врага названы только «террористы» и «экстремисты, использующие насилие»39. То есть так называемые «умеренные» снова смогли получить финансирование и стать партнерами английского правительства.

Только в марте 2009 года в новом антитеррористическом законе появилось упоминание о том, что мусульманские организации должны не только отказаться от применения террора, но и принять основные европейские ценности40.

Кому же они братья? Часть 5.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 5.

Основная задача Совета – регулирование взаимоотношений мусульман с европейцами в соответствии с нормами шариата. Таким образом, новый орган стал первым крупным шагом к реализации идей по введению исламского закона в рамках мусульманских общин Европы.

Внимание экспертов привлекли высказывания, появившиеся в печатном органе мюнхенского центра «Братьев-мусульман», – журнале «Аль-Ислам». В выпуске за февраль 2002 г. говорилось: «В долгосрочной перспективе мусульман не может удовлетворять принятие немецкого семейного, имущественного и судебного законодательства… Мусульмане должны стремиться к соглашению с германским государством об отдельной юрисдикции»20.

Западные исследователи отмечают, что «умеренные» исламисты готовятся к следующему шагу: фактическому созданию исламских анклавов на территориях европейских государств («внетерриториальные исламские государства», о которых пишет израильский специалист по исламу Ройвен Паз)21.

Таким образом, существуют факты, свидетельствующие о нежелании «Братьев-мусульман» принять концепцию светского государства. Как минимум, в задачи «Братьев-мусульман» не входит интеграция мусульман в европейское общество. А как максимум, они разделяют радикальную доктрину одного из главных мыслителей «Братства» Сейида Кутба, считавшего, что западный мир относится к «джахилийи» (доисламский, «варварский» период в арабской истории).

Значительную роль «Братьев-мусульман» в радикализации европейской мусульманской общины отмечают такие специалисты по исламу, как исследователь из Гарвардского университета Лоренцо Видино и Бассам Тиби. Л.Видино указывает, что члены организации, «используя умеренную риторику и хорошо владея немецким, голландским и французским, завоевали признание со стороны как европейских правительств, так и СМИ. Политики всего политического спектра прибегают к ним, как только возникает любой вопрос, касающийся мусульман, или, в более узком смысле, как только им становятся нужны голоса быстро растущей мусульманской общины»22.

При этом, как отмечает исследователь, умеренная риторика «Братьев-мусульман» не более чем прикрытие их радикальной деятельности. «По телевизору их представители говорят о межконфессиональном диалоге и об интеграции, в то время как их мечети проповедуют ненависть и предупреждают прихожан о зле западного общества»23.

Европейские политики – бьет тревогу Л.Видино – не замечают, что рост авторитета «Братьев-мусульман» создает нечто вроде «самовоспроизводящегося цикла радикализации, поскольку чем выше политическая легитимность "Мусульманского братства", тем больше у него и его групп появляется возможностей влиять на различные европейские мусульманские общины с целью их радикализации»14.

Исследователи, изучающие деятельность «Братьев-мусульман», дают разные объяснения тому, почему деятельность этой радикальной организации не встречает каких-либо существенных препон со стороны европейских властей. Так, Б.Тиби считает, что европейцы боятся обвинений в расизме. «Обвинение в расизме – очень действенное оружие в Германии. Исламисты об этом знают. Если они упрекают кого-то в создании "враждебного образа ислама", то европейская сторона тут же отступает.»15.

Но объяснить факты сотрудничества европейских элит с исламистскими силами только страхом перед обвинениями в ксенофобии, а также либеральным европейским законодательством сложно. Тем более что главный тезис защитников «умеренных» исламистов – о помощи «умеренных» исламистов в борьбе с «радикалами» – не выдерживает критики.

Расследования, проведенные в США и европейских странах после событий 11 сентября, выявили тесную связь между «Братьями-мусульманами» и самыми разными радикальными организациями. Эмигрировав в Европу, «Братья» фактически стали опекунами крайних радикальных исламистских организаций, в том числе и тех организаций, которые в условиях репрессий со стороны светских правительств мусульманских стран вынуждены были уйти в подполье.

Так, еще в 1996 г. итальянские спецслужбы проследили связи банка «Ат-Таква» с рядом палестинских террористических групп. Один из основателей этого банка – Галиб Химмат, глава созданного Саидом Рамаданом «Исламского общества Германии». Г.Химмат помогал Юсефу Наде, одному из финансовых руководителей «Братьев-мусульман», руководить «Ат-Таквой» и сетью компаний, штаб-квартиры которых располагались в Швейцарии, Лихтенштейне и на Багамах16.

В ноябре 2001 года Минфин США установил, что банк «Ат-Таква» оказывал финансовую поддержку «Братьям-мусульманам», ХАМАСу, алжирскому «Исламскому фронту спасения», тунисской партии «Ан-Нахда» и «Аль-Каиде»17.

В связях с банком «Ат-Таква» подозревался внук Саида Рамадана, известный философ Тарик Рамадан. Имя Рамадана фигурировало в докладе испанского судьи Бальтасара Гарсона, занимавшегося раскрытием сети «Аль-Каиды» на территории Испании28.

После скандала вокруг «Ат-Таквы» Галиб Химмат оставил пост главы «Исламского общества Германии». Сменивший его египтянин Ибрагим ал-Зайат обвиняется немецкими спецслужбами в сотрудничестве с целым рядом радикальных исламистских организаций. Известно, что он связан с саудовской Всемирной ассамблеей мусульманской молодежи. Ибрагим ал-Зайат сотрудничает с радикальной турецкой организацией «Милли герюш» («Национальное видение»). Ал-Зайат женат на сестре президента «Милли герюш» Мехмета Сабри Эрбакана, племянника бывшего турецкого премьер-министра Неджметтина Эрбакана. Конституционный суд Турции расценил целый ряд высказываний и действий Н.Эр-бакана и членов его партии «Рефах» как противоречащие светскому государственному устройству страны и 16 января 1998 года принял решение о роспуске «Рефах».

По мнению Удо Ульфкотте, немецкого журналиста и политолога, целью семей Эрбакана и ал-Зайата является радикализация турецкой и арабской общин в Германии29.

Кому же они братья? Часть 4.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 4.

С одной стороны, «Братья-мусульмане» декларируют готовность содействовать интеграции мусульман в европейское общество. В то же время главной целью организации является создание исламского государства. Но это же качественно разные цели! Только одна из них может быть подлинной. Какая же? На этот вопрос однозначно отвечают не «исламофобствующие противники» «Братьев-мусульман», а лидеры данной организации. Так, летом 2006 года сам глава «Братьев-мусульман» М.Акеф на вопрос: «Какова стратегическая цель организации «Братья-мусульмане»? - ответил: «Цивилизованное демократическое государство, строящее свою жизнь в соответствии с предписаниями ислама»11 .

Прежде всего, обратим внимание на определение «цивилизованное демократическое государство». «Братья-мусульмане» всячески подчеркивают свою приверженность демократии.

Во-первых, она не противоречит их представлению об идеальном государственном устройстве (и Рашид Рида, и Хасан аль-Банна, и современные теоретики «Братства» – шейх Юсуф аль-Кардави, например, – подчеркивают, что в идеальном государстве, халифате, власть халифа должна быть строго ограничена исламским законом).

Во-вторых, члены «Братства» считают сторонниками демократии именно себя, так как они выступают против «недемократичной» американской гегемонии в мире. По словам суданского радикального исламиста Хасана ат-Тураби, «мусульмане не позволят, чтобы мир был скроен по одной выкройке, чтобы в нем существовала одна форма демократии, одна экономическая система… В интересах человечества мы должны принять больше плюрализма, свободы и разнообразия…»11. Как мы видим, за демократию выступает даже такой культовый исламский радикал, как Хасан ат-Тураби.

Ну, а теперь самое главное… Член «Союза исламских общин Франции» и глава радикальной тунисской партии «Ан-Нахда» Рашид аль-Ганнуши отмечает, что «ислам плюс демократия – вот наилучшее сочетание»13. В основе его позиции лежит тезис о том, что демократия – это всего лишь набор инструментов для избрания, контроля и смещения властей. А значит, демократия может прекрасно уживаться и с исламом.

Представление о том, что для «Братьев-мусульман» значит «государство, строящее свою жизнь в соответствии с предписаниями ислама», можно получить из опубликованных трудов, а также из высказываний членов организации.

Откровенно о целях «Братства» рассказали бывший глава «Братьев-мусульман» в США Ахмед Элькади и его жена Иман. В статье «Редкий взгляд на организацию "Мусульманское Братство" в Америке», опубликованной 19 сентября 2004 года в газете Chicago Tribune, приводятся их слова о том, что по главному вопросу в «Братстве» разногласий нет. «У всех цель одна – просвещать людей в вопросах ислама и следовать учениям ислама в надежде на создание исламского государства»14.

Инамул Хак, профессор религии в Бенедиктинском университете Иллинойса, считает, что американское «Братство» подтолкнуло ислам в консервативном направлении. Без «Братства», говорит он, «мы бы имели американскую исламскую культуру, а не иностранную общину, живущую в Соединенных Штатах» 15.

О европейской стратегии «Братьев-мусульман» дает представление вышедшая в 1990 г. в свет книга Юсуфа аль-Кардави «Приоритеты исламского движения в грядущей фазе».

Первая задача, которую ставит аль-Кардави перед европейскими мусульманами, – восстановление авторитета ислама в мусульманской общине. Дальше Аль-Кардави прямо призывает «создать свое маленькое общество в большом обществе, иначе вы растворитесь в нем, как соль в воде. Постарайтесь построить свое собственное "мусульманское гетто"»16.

В фетве 2002 года аль-Кардави отметил, что в долгосрочной перспективе предполагает возвращение «дважды изгнанного из Европы» ислама «как завоевателя и победителя», правда, с оговоркой, что покорение это будет происходить «не мечом, а проповедью и идеологией»11.

Сходных с аль-Кардави взглядов на цели ислама в Европе придерживаются руководители «Союза исламских общин Франции», один из которых, а именно Ахмед Джабаллах, заявил, что исламское движение во Франции должно пройти две стадии: «Первая – демократическая, вторая – выведение исламского общества на орбиту»18.

Хасан ат-Тураби и Рашид аль-Ганнуши также неоднократно высказывались в пользу необходимости изолировать европейские мусульманские группы от основного населения европейских стран. Для осуществления своих целей они стали активно проповедовать радикальные доктрины – например «такфир» (обвинение мусульман в неверии).

Более того, в 1990 году на встрече «Союза исламских общин Франции» Рашид аль-Ганнуши назвал Францию «Дар аль-Ислам», то есть землей, где должен господствовать ислам, а мусульмане должны быть хозяевами19. Не адаптирующимися гостями, а хозяевами!

Цели «Братьев-мусульман» нашли непосредственное отражение в политике организации. Федерация исламских общин Европы в качестве одного из приоритетов выделила необходимость сохранения исламскими общинами их мусульманской сути и в 1997 г. создала Европейский совет по исследованиям и фетвам. Совет возглавил шейх Юсуф аль-Кардави.

Кому же они братья? Часть 3.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 3.

Во Франции первая организация «Братьев-мусульман» – «Ассоциация исламских студентов во Франции» (АИСФ) – была создана М.Хамидуллой в 1963 году. В 1983 году АИСФ создала дочернюю организацию – «Союз исламских общин Франции» (СИОФ).

Важным шагом в распространении влияния «Братьев-мусульман» стало создание в 1989 году Федерации исламских общин Европы. В данный момент Федерация представляет собой одну из самых многочисленных и влиятельных общеевропейских исламских организаций.

Лидеры «Братьев-мусульман» участвовали в создании в 1997 году Мусульманского совета Великобритании – представительного органа мусульман Англии.

Значительного успеха «Братство» достигло во Франции, где в 2003 году «Союз исламских общин Франции» вошел в созданный Николя Саркози представительный орган французских мусульман – Французский совет по мусульманской религии.

В Германии в 2007 году был создан Координационный совет мусульман Германии. Одна из четырех организаций, создавших Совет, – «Центральный совет мусульман Германии», ведущую роль в котором играют организации «Братьев-мусульман» (Исламское общество Германии, Исламский центр в Аахене и Исламский центр в Мюнхене, руководителем которого одно время был Мухаммед Акеф, глава «Братьев-мусульман» с февраля 2004 по январь 2010 г.).

Главным спонсором создания первых европейских филиалов «Братства» стала Саудовская Аравия. Саид Рамадан, Камаль аль-Хельбави (который в 1995-1997 гг. отвечал у «Братьев-мусульман» за связи с западной общественностью, а в 1997 г. создал «Мусульманскую ассоциацию Великобритании»), а также Мухаммед Акеф активно участвовали в учреждении неправительственных саудовских фондов, известных финансированием радикальных организаций.

Так, в 1962 году при участии Саида Рамадана была основана Всемирная мусульманская лига.

А в 1972 году была создана Всемирная ассамблея мусульманской молодежи. Ее первым президентом стал Камаль аль-Хельбави.

Идеология Всемирной ассамблеи мусульманской молодежи и Всемирной мусульманской лиги та же, что и у «Братства»: возвращение к чистому исламу. В изданной Ассамблеей в 1991 году книге «Тавджихат Исламийя» («Исламское видение»), в частности, говорится: «Учите своих детей мстить евреям и вероотступникам, учите их, чтобы они освободили Палестину и Аль-Кудс (Иерусалим), тогда они вернутся в ислам и совершат джихад ради Аллаха»6. Штаб-квартира Ассамблеи находится в Эр-Рияде.

В 2002 году сотрудники министерства финансов США занимались расследованием деятельности американского отделения Всемирной мусульманской лиги, подозреваемого в финансировании террористических организаций7.

Процесс внедрения «Братьев-мусульман» в европейское общество прошел несколько этапов.

Первой задачей «Братства» было заслужить доверие и авторитет у местных мусульманских общин и стать заметной силой в масштабах сначала отдельной страны. «Братья-мусульмане» приняли активное участие в начавшейся в 1989 году во Франции кампании против запрета на ношение хиджаба, а также в общеевропейской кампании против издания «Сатанинских стихов» Салмана Руш-ди. В 2002 году английский филиал «Братства» провел акцию в поддержку Палестины, а в 2003 году – массовые демонстрации против ввода войск в Ирак.

Добившись значительного влияния, лидеры «Братьев-мусульман» занялись созданием имиджа «умеренных».

После того как в марте 2004 г. во Франции был принят закон о запрете на ношение религиозной атрибутики в государственных школах, «Союз исламских общин Франции» не принял участия в акциях протеста.

В 2006 году «Братья-мусульмане» были одними из первых, кто публично выразил удовлетворение объяснениями папы Бенедикта XVI, которые он вынужден был давать после скандала, вызванного его неудачным выступлением в университете Регенсбурга. (Папа начал свою речь цитатой из письма византийского императора Мануила II Палеолога, в котором император критикует ислам, в частности, упрекая Пророка Мухаммеда в призывах «распространять веру мечом».)8

Лидеры «Братьев-мусульман» часто говорят о том, что организация разделяет европейские ценности и выступает за интеграцию мусульман в западное общество. Первый президент «Мусульманской ассоциации Великобритании» (большая часть представителей этой организации является одновременно членами «Братьев-мусульман» или ХАМАС) Камаль аль-Хельбави подчеркивает, что одной из целей его организации является помощь молодым людям стать хорошими гражданами английского общества. На вопросы об участии в работе Всемирной ассамблеи мусульманской молодежи аль-Хельбави отвечает уклончиво, подчеркивая, что слухи о радикальной деятельности Ассамблеи сильно преувеличены, а чем именно она занимается в данный момент, он вообще знает плохо9.

Президент Федерации исламских общин Европы Шакиб Бенмахлюф отмечает в интервью, что цель возглавляемой им организации – консолидация мусульман, защита их прав, отстаивание позитивного образа ислама в глазах европейцев. Организация, по его словам, стремится к интеграции мусульман в европейское сообщество10.

Ряд экспертов, в том числе известный специалист по исламу немецкий профессор Бассам Тиби, настаивает, что нельзя прельщаться умиротворяющей риторикой лидеров «Братьев-мусульман»: это «радикалы в овечьей шкуре». – Факты свидетельствуют о том, что такая характеристика имеет под собой веские основания.

Кому же они братья? Часть 2.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 2.

Второй подход предполагает, что «умеренные исламисты» являются на данный момент естественными союзниками Запада и что некоторая радикализация «западного ислама» даже полезна Западу. Как заявил Рюэль Марк Герехт, бывший сотрудник Ближневосточного отдела ЦРУ, эксперт Института американского предпринимательства, «бен ладенизм может быть переварен только фундаментализмом. "Умеренные" мусульмане не смогут разгромить бен ладенизм, пока не заговорят с его аудиторией на понятном ей языке и с такой же страстью»3.

Характерно, что сторонники как первого, так и второго подхода в качестве союзников рассматривают, прежде всего, «Братьев-мусульман». В то время как на родине «Братьев-мусульман» – в Египте – деятельность организации официально запрещена, в Европе существуют филиалы организации, а его общеевропейские структуры играют чуть ли не ведущую роль в формировании европейской политики мусульманских организаций.

Амр Мусса, с 1991 по 2001 годы работавший на посту министра иностранных дел Египта, а в настоящий момент занимающий должность генерального секретаря Лиги арабских государств, сказал в интервью The Economist: «Братья-мусульмане представляют собой большую угрозу для безопасности государства, чем террористы и вооруженные группы. Мы полны решимости не повторить алжирский путь»4. В 1994 году Хосни Мубарак заявил в интервью The New Yorker: «Терроризм на Ближнем Востоке является продуктом деятельности нашего собственного запрещенного "Мусульманского братства"»5.

Зафиксировав столь значительную разницу в оценке «Братьев-мусульман» со стороны египетских политических лидеров и части западного истеблишмента, рассмотрим коротко историю создания «Братьев-мусульман», а также их политику по завоеванию позиций в Европе.

Организация «Братья-мусульмане» создана в Египте в 1928 году. Ее глава – Хасан аль-Банна – был учеником основателей салафитского движения Мухаммеда Рашида Риды и Мухаммеда Абдо.

Рашид Рида, издатель салафитского ежемесячного журнала «Маяк», а также автор фундаментального исследования «Халифат, или Великий имамат», утверждал, что Египет и ислам смогут возродиться только при условии возврата к «очищенному» от позднейших искажений исламу времен пророка Мухаммеда и первых четырех халифов.

Шейх Мухаммед Абдо, в 1899 году ставший главным муфтием Египта, сформулировал в своих работах основные салафитские идеи – возвращение к истокам ислама и построение халифата.

Необходимо отметить, что английская администрация в Египте не только не препятствовала развитию салафитского учения, но и сотрудничала с его основателями. М.Абдо был одним из доверенных лиц генерального консула Великобритании в Египте лорда Кромера. Основываясь на ряде фактов – зарождении организации «Братьев-мусульман» в Исмаилии (в то время столице оккупированной англичанами зоны Суэцкого канала), помощи англичан в постройке первой мечети «Братства», а также членстве М.Абдо и его сподвижников в масонских орденах, – можно сделать вывод, что англичане интересовались деятельностью «Братьев-мусульман» и даже поощряли ее.

Хасан аль-Банна вслед за своими учителями считал необходимым возвращение мусульман к основам и изначальной чистоте ислама, но, в отличие от М.Абдо, главную опасность он видел не в консерватизме университета Аль-Азхар, а в засилье западных светских идей.

В 1939 году «Братья-мусульмане» объявили себя политической организацией. Политическая платформа «Братства» заключалась в том, что принципы Корана и сунны являются системой, пригодной для современного общества.

В октябре 1947 года Хасан аль-Банна начал формирование первой боевой группы своих сторонников, состоящей из 10 тысяч бойцов, для участия в боевых действиях по освобождению Палестины от «сионистских захватчиков».

В декабре 1948 г. премьер-министр Египта Махмуд Фахми Нокраши, озабоченный напористостью и популярностью «Братства», а также слухами о готовящемся перевороте, подписал указ о запрете деятельности организации. 28 декабря 1948 года Нокраши был убит членом «Братства». В течение последующих месяцев собственность организации была конфискована, тысячи членов «Братства» оказались в тюрьмах. 12 февраля 1949 года Хасан аль-Банна был застрелен правительственным агентом. Духовным наследником аль-Банны по «Братству» стал его зять и личный секретарь Саид Рамадан.

Легализованные в 1950 году в качестве «религиозной ассоциации», «Братья-мусульмане» поддержали антимонархическую революцию 1952 года и активно пытались повлиять на политику Совета революционного командования во главе с Мухаммедом Нагибом и Гамалем Абдель Насером. Очередной конфликт с Насером, настаивавшим на отделении религии от политики, привел к тому, что «Братья-мусульмане» совершили покушение на Насера и организация была вновь запрещена.

В середине 50-х годов XX века деятельность организации была запрещена также в Иордании и Сирии. В результате актив «Братьев-мусульман» эмигрировал в Европу.

В 1958 году Саид Рамадан создал в Мюнхене Исламское общество Германии.

В 1961 году Саид Рамадан и Мухаммед Хамидулла, известный исламский ученый индийского происхождения, открыли Исламский центр в Женеве, ставший одним из крупнейших центров «Братьев-мусульман» в Европе.

Кому же они братья? Часть 1.

Альберт Шамес mail : felixsh1@zahav.net.il

Кому же они братья? Часть 1.

(Вместо предисловия: «Что собой представляют «Мусульманские братья»?   Они подают себя, как сторонки демократии, коль она им дает возможность прийти к власти   в любой стране (будь то Египет   или Франция) дабы ввести там законы шариата, а неугодных, предполагают, просто уничтожить»! Вот такая их «умеренность»! Что еще характерно для «умеренных», то это всеобъемлющая ложь. На иностранных языках,   они говорят - одно, а на арабском - совсем другое! Ведь если врать своим - разорвут в клочья, да и как иначе вести юдофобскую и антизападную пропаганду?!– А,Ш,)

Ссылка: «Форум США».

Помощник Мурси: «6 млн. иммигрировали в США»

Помощник президента Египта Мухаммеда Мурси Фатхи Шибаб-Эддим очень сильно подвел своего шефа, заявив по случаю Международного дня Холокоста, что никакого

Холокоста не было, что его придумали   американцы вместе с союзниками, чтобы опорочить Гитлера и оправдать разрушения гражданской и военной   инфраструктур Германии, а 6 млн. евреев тихо перевезли в Америку.

«Миф Холокоста создавался Америкой, — сказал Фатхи Шибаб. — Американская развед-

ка вместе со своими союзниками придумала все это, чтобы выставить Германию в черном цвете и оправдать разрушение военных и гражданских объектов стран Оси, а заодно и атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки».

.

Летом к власти в Египте пришли «Мусульманские братья». Белый дом упорно старается не замечать истинную повестку дня «Братьев», но правда все же прорывается наружу. То всплывают записи двухгодичной давности, на которых сам Мурси призывает воспитывать детей в ненависти к Израилю и евреям, то называет евреев «потомками свиней и

обезьян». Не успел Мурси оправдаться и сказать, что это было давно, два года назад, как тут со свежим заявлением, вполне в контексте Дня памяти Холокоста, выступил его ближайший советник, отвечающий за назначение главных редакторов всех египетских государственных газет.

Антисемитизм, животная ненависть к евреям и Израилю не являются чем-то исключительным для арабских стран, Проблема в том, что Египет получает очень щедрую американскую финансовую и военную помощь и считается одним из ключевых ближневосточных союзников Америки. Ненависть к евреям, Израилю, отрицание права Израиля на

существование и отрицание Катастрофы являются неотъемлемой частью идеологии «Братьев-мусульман», к которым принадлежит и сам президент Мухаммед Мурси.

Один из духовных лидеров «Мусульманских братьев», шейх Юсеф Аль-Кардави, выступая по телевидению, произнес: «Я хочу сказать, что надеюсь, что Аллах даст мне возможность отправиться в землю джихада (Израиль) и сопротивления, даже на инвалид-

ной коляске. Я буду стрелять во врагов Аллаха, в евреев, а они сбросят на меня бомбу, таким образом, я завершу мою жизнь мученической смертью».

В 2009 году Аль-Кардави сказал: «Он [Гитлер] смог поставить их [евреев] на место. Это было для них наказанием свыше. По воле Аллаха, в следующий раз это произойдет от

рук правоверных».__

эти люди сейчас руководят Египтом ?! А США оказывают им помощь! Но во имя чего? Желают перекупить мракобесов? Так ведь они ненасытны, да и помощь воспринимают, как дань. – А.Ш.)

«Братья-мусульмане» на Западе

Мария Рыжова – ведущий аналитик МОФ-ЭТЦ

Казалось бы, для России и Индии не столь уж важны взаимоотношения между мусульманскими общинами в Европе (так называемым «западным исламом») и европейскими элитами. Но на самом деле это не так. Как представляется, модель взаимоотношений Европы с «западным исламом», взятая на вооружение частью западных элит и рассматриваемая в этой статье, указывает на очень определенные варианты развития мирового процесса, которые затронут как Россию, так и Индию.

После терактов 11 сентября 2001 года внимание западного мира оказалось сконцентрировано на исламистских организациях, заявлявших о намерении применять насилие. Основным врагом Запада были признаны так называемые «джихадисты». Все остальные организации, начиная с действительно умеренных и заканчивая салафитскими организациями, заявившими о намерении строить халифат мирными способами, попали в категорию «умеренных». Это новое явление, так как в предшествующий период под радикальным исламом, как правило, подразумевали исламистские движения, выступающие за создание халифата и возвращение к «чистому» исламу.

Деление исламистов на «умеренных» и «радикалов» в зависимости от того, применяют ли они в своей практике насильственные меры, вызвало неприятие многих политиков и исследователей.

Так, израильский профессор, известный эксперт по исламу Эммануэль Сиван отмечает, что получившие статус «умеренных» придерживаются точно такой же идеологии, как и те, кого относят к «радикалам». Ислам, по их мнению, оказался перед лицом смертельной опасности: быть уничтоженным «западной отравой» – современными светскими и материалистическими идеями и соответствующим образом жизни. Настоящие мусульмане должны объединяться в добровольные союзы – джамааты, своеобразные «анклавы» вне досягаемости государства. Цель джамаатов – максимально расширить свое влияние и, в идеале, прийти к власти в государстве, используя для этого самые разные способы: участие в парламентской деятельности, оказание влияния на элиты, развязывание дестабилизирующего террора и т.д.

По мнению Э.Сивана, проводить различие между «умеренными» и «радикалами» означает упускать из виду то обстоятельство, что выбор и теми, и другими «лекарственных средств» от «западной отравы» зависит исключительно от возможности реализовать главную цель: захватить политическую власть и установить режим, руководствующийся исламским законом (шариатом) 1.

Несмотря на критику нового деления исламских организаций, понятие «умеренные» прочно вошло в политическую практику западного мира. Сторонники такого деления считают, что именно «умеренные исламисты» могут помочь справиться с террористической угрозой. Причем здесь существует два разных подхода.

Первый подход подразумевает то, что «умеренные исламисты» способны перевести энергию радикального ислама в «мирное русло». Этот подход, в частности, разделяют эксперты из центра Никсона Роберт Лейкен и Стивен Брук, опубликовавшие в 2007 году в журнале «Форин афферс» статью «Умеренное Мусульманское братство». В статье они возражают тем, кто «считает, что "Мусульманское братство" помогает радикализации мусульман на Ближнем Востоке и в Европе». По мнению авторов, «Братство» «действует, чтобы отговаривать мусульман от насилия, переводя их активность в политическую область и в благотворительность»2.