December 13th, 2018

Интересное из интернета

Ретрансляция:

Интересное из интернета

Автор: vjzfarnjhbz3 и Альберт Шамес.

ВЕСТНиК.  Нацерет Илита. Интернет-бюллетень ВЫПУСК 1621
Интересное из интернета
Марк Штейнберг
Рыцарь Британской империи.
Трудно сказать сегодня, сколько судов, моряков и грузов дошли благополучно до берега благодаря системе Розенштейна. Но, судя по высоким
наградам союзников, которых был он удостоен, – британский король
даже в рыцари произвел – его система принесла весьма ощутимый
эффект.

«Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж
Достоинство, что просит подаянья…»
Шекспир.

В конце 1943 года резко возросли потери кораблей союзных конвоев – участников
великой эстафеты «Ленд-Лиза», атакованных германскими субмаринами. В
большинстве случаев торпеды рвались, так сказать, не традиционно в бортовой проекции судна, а в районе корабельных винтов. Специалисты пришли к выводу, что у немцев
появилась новая торпеда, каким-то образом притягивающаяся к работающим винтам
корабля. Однако ни усилия разведки, ни старания торпедоловов успеха не принесли.
Узнать сумели только шифрованное наименование торпеды «Т-5». … Но вдруг повезло – в январе 1944 года дивизион советских морских охотников заблокировал в Финском
заливе и потопил немецкую подлодку. Поскольку лежала она на мелководье
сравнительно неподалеку от Кронштадта, было решено субмарину поднять и
отбуксировать на базу Балтфлота. В этом решении, однако, главную роль сыграло вовсе
не мелководье Маркизовой Лужи. Подъем и осмотр потопленной на Балтике субмарины сулил разоблачение секрета немецких торпедоносцев. И едва черный корпус «У-250»
пришвартовали к отдаленному пирсу Кронштадтской базы, рубочный люк был вскрыт и, перешагивая через трупы германских подводников, специалисты-минеры поспешили в
торпедный отсек. Они нашли искомое: на стеллажах покоились две одинаковые
неизвестного типа торпеды. С большими предосторожностями их извлекли из бугельных зажимов и отвезли на минный полигон острова Котлин, где команда пиротехников
главной базы флота приступила к разоружению одной из торпед.Базовые пиротехники,
естественно, были опытнейшими специалистами, имевшими на своем счету не один
десяток выпотрошенных германских и итальянских «рыбок», как они называли
вражеские торпеды. Однако в данном случае им не повезло и 75-килограммовый заряд
тетрила разметал в клочья четырех офицеров: минер ошибается только один раз…А в это время, узнав об «улове» балтийцев, союзники немедленно обратились в самую высокую инстанцию СССР.Оставалась всего лишь одна торпеда и высшее начальство рвало и
метало: дело-то принимало международный резонанс. Поэтому, для разоружения её
спешно сформировали специальную группу из трех виднейших специалистов
минно-торпедного Управления Главного штаба ВМФ: В. Шахновича, О. Брона и
Ю. Саульского. Совершенно ясно, что подбирали команду по признаку высочайшего профессионализма, но, может быть, именно поэтому оказались в ней одни… евреи!
Возглавлять же этих корифеев поручили, так сказать, человеку со стороны. Им оказался директор главного торпедного завода, находившегося в Алма-Ате, Михаил Борисович
Розенштейн. Выбор на него пал не случайно: разработкой и совершенствованием торпедного оружия Розенштейн занимался более 8 лет, с тех пор, когда в 1936-м его назначили директором минно-торпедного завода в городе Большой Токмак. До этого он торпед и в
глаза не видел, понятия об их устройстве не имел, потому как работал авиационным
инженером. Но, как и водилось в те страшные сталинские времена, все начальство
Токмакского завода зачислили во «враги народа». На их место назначили новых, пока
еще не «врагов». Впрочем, через год двоих оставшихся профессиональных торпедистов взяли прямо в цехе. Так что овладевать минно-торпедными премудростями Михаилу
Борисовичу пришлось самостоятельно, как говорится — с листа. Он и овладел – куда
еврею деваться… С началом войны Розенштейн возглавил минно-торпедный завод,
эвакуированный из Ленинграда на Урал. Затем его перебросили в Каспийск, где оказался прежний его же завод, эвакуированный из Большого Токмака. Пришлось, однако, бежать и оттуда, на этот раз в Алма-Ату, куда Михаил Борисович вывез еще и Бакинский торпедный завод. Там обосновались всерьез: немцам до Алма-Аты было явно не дотянуться.
Здесь Михаил Борисович принялся за разработку новых типов минно-торпедного
вооружения. Причем, функционировал он в двух ипостасях: как директор и как Главный конструктор. Его детище – торпеда под шифром «53-38» пользовалась вполне
заслуженной славой у командиров советских подлодок. Розенштейн обрел в их среде
высокий авторитет и звание «Торпедный Бог», а его изделие стали звать «Мишкина
сигара». Говаривали бывалые командиры: «Дал фрицам прикурить от Мишкиной
сигары». Как видим, возглавлять разоружение немецкой новинки Розенштейна
назначили с полным основанием.И ему, да и всей группе с самого начало было ясно:
торпеда имела целый комплекс систем необезвреживаимости и могла сработать от
любого импульса: резкого толчка, сильной вибрации, громкого звука и даже от яркого
луча света. От которого из них сложили головы базовые пиротехники, предположить
было невозможно. Однако интуиция Розенштейна и высокая компетентность его
соратников помогли разгадать, какое внешнее воздействие приводило к срабатыванию
системы необезвреживаемости. После детальнейшего осмотра решили: торпеда
взрывается от яркого света: работает фотоэлемент. Поэтому на полигоне установили
плотную палатку и торпеду перевезли туда ночью. Работали при тусклом освещении
керосиновых ламп. Как выяснилось после расчленения торпеды — угадали правильно:
нашли и фотоэлемент, и световоды, приводившие его в действие.Ну, а потом «Еврейский квартет», как прозвали группу в минно-торпедном Управлении, раскрыл и главный
секрет боевого успеха германской торпеды: она была оснащена комбинированным электромагнитным взрывателем, который срабатывал от системы самонаведения,
реагировавшей на шум работающих корабельных винтов. Это была первая в военно-
морской истории самонаводящаяся акустическая торпеда. Как выяснилось позднее,
она действительно носила шифрованное название Т-5 , а система самонаведения звалась «Амзель». Случай этот лишний раз подтверждает, что германские изобретатели и
конструкторы в создании морских мин, торпед и систем их наведения намного обогнали советских и союзных специалистов. Да и не только в этой области — чего стоили
баллистические и крылатые ракеты, реактивные самолеты, те же «шнорхели» —
устройства, позволявшие немецким субмаринам заряжать аккумуляторы не всплывая на поверхность. Находка группы Розенштейна потребовала немедленных и
экстраординарных мер прежде всего — от союзников, чьи конвои несли все возраставшие потери от этих самонаводящихся торпед. Поэтому описание системы «Амзель» срочно
переправили в Лондон. Больше того — продемонстрировали всю начинку торпеды Т-5
прилетевшим в Питер английским специалистам. Теперь они имели возможность
разработать систему противодействия германскому изобретению. Но и в советском
Главном штабе ВМС решили попытаться найти способ блокирования торпеды Т-5. И
Розенштейн в Алма-Ату уже не вернулся: ему было присвоено майорское звание и введена соответствующая должность в минно-торпедном Управлении, которую он и занял:
главный специалист по самонаводящимся торпедам.Работая почти круглосуточно,
Михаил Борисович меньше чем через два месяца выдал чертежи приспособления,
которое отводило акустическую торпеду в сторону от кильватерной струи и подрывало
мощным радиомагнитным импульсом вдали от корабля. Разработка Розенштейна
опередила аналогичные поиски антиакустических систем в Англии, США и Канаде.
Прослышав об успешных работах Розенштейна, союзники немедленно запросили у
советского руководства чертежи и образцы его системы. В принципе это самое
руководство совсем не склонно было делиться, даже и с союзниками, такого рода
достижениями, как, впрочем, и любыми оригинальными разработками военного
значения. Но в данном случае, речь шла о судьбе корабельных конвоев, которые везли в Мурманск и Владивосток оружие и боеприпасы, автомобили и самолеты, продовольствие и обмундирование. Именно такие суда и становились добычей германских субмарин,
вооруженных акустическими торпедами. Поэтому запрос союзников был встречен
положительно — вмешался лично «величайший… всех времен и народов», к которому и обратились союзные флотоводцы.Трудно сказать сегодня, сколько судов, моряков и
грузов дошли благополучно до берега благодаря системе Розенштейна. Но, судя по
высоким наградам союзников, которых был он удостоен, – британский король даже в
рыцари произвел – его система принесла весьма ощутимый эффект.В конце войны
Розенштейна переключили на техническую разведку германских минно-торпедных
достижений. Были вполне достоверные сведения, что немцы, кроме «Амзели»,
разработали и систему самонаведения по вертикали, а это делало их торпеды
эффективным оружием и против союзных субмарин, следующих в погруженном
состоянии. В последний год войны участились случаи губительных торпедных атак
против этих подлодок, их потери выросли существенно и Розенштейн предполагал, что
немцы применяют именно такие торпеды. Он попросил командование Главного штаба
командировать его на фронт и немедленно выехал туда с двумя офицерами Управления. Двигаясь за передовыми отрядами наступавших танковых корпусов, — (фронтовики
понимают, что это значит!) – они добрались до Вены, где по сведениям агентурной
разведки находился завод фирмы «Минерва – Радио», на котором производилась
система «Амзель». На территории завода еще рвались снаряды, когда Розенштейн со
своими офицерами обнаружил подземный бункер конструкторского бюро и под
стволами автоматов вынудил ошеломленных инженеров выдать все материалы по
системе «Гаер» – той самой, которая и наводила торпеду «Т-5» по вертикали на корабли и подводные лодки союзников. Символично, что когда Розенштейн доставил материалы по системе «Гаер» в Главный штаб, его командование наложило на них высочайший
уровень секретности и не пожелало даже сообщить о добыче Михаила Борисовича
союзникам. Хотя война продолжалась еще более трех месяцев, и у японцев торпеды типа «Т-5» имелись.После войны полковник Розенштейн еще много лет руководил отделом
перспективных разработок минно-торпедного Управления. Его отдел был ключевым в
Управлении, именно здесь рождались самые передовые системы мин и торпед. И, как
правило, генератором идей был начальник отдела. В своей армейской униформе он был
единственной «зеленой вороной» среди черных кителей морских офицеров. Но
переаттестовывать «этого еврея» во флотскую категорию высшее начальство не
стремилось. Тем более — повысить в звании. Хотя, по штату отдел — тем более ключевой! — должен был возглавлять контр-адмирал, что и практиковалось во всем Управлении. Да и в отделе Розенштейна, стоило ему уйти в отставку, воцарился немедленно контр-
адмирал.…После развала СССР «Торпедный бог» безуспешно добивался официального
приравнивания его к фронтовикам. Нет, не почета или славы возжаждал полковник
в отставке Михаил Борисович Розенштейн. Знаков воинской доблести и боевых заслуг в
его орденском наборе было побольше, чем у многих фронтовиков его звания, не говоря
уж о тыловой «крысе» райвоенкоме. Но не давали ведь все эти ордена и даже звание
рыцаря Британской Империи! продовольственного пайка и некоторых других льгот,
положенных фронтовику. А славой единой сыт не будешь……Один стандартный
американский транспорт класса «Либерти» имел тоннаж 10 000 тонн. Естествественно,
сегодня не узнать, сколько таких кораблей, которые везли в СССР оружие и
продовольствие, спасли от гибели антиакустические системы Михаила Розенштейна. И
если неспособна оказалась Россия прокормить славного «торпедного бога» — Рыцаря
Британской Империи, может, стоило ему попросить милостыни у Королевы Елизаветы?

E «Вестник» не несет ответственность за стиль и содержание материалов, полученных из внешних источников. Авторские материалы
предлагаются читателю без изменений и добавлений. SН 
Без вирусов. www.avast.ru