А.Шамес (a_r_on) wrote,
А.Шамес
a_r_on

Холокост в "Нью -Йорк таймс". Часть 1.

Альберт Шамес mail:felixsh1@zahav.net.il

(Ретрансляция)

не думаю, что статья Виктора Вольского сможет повлиять на политику редакции газеты «Нью – Йорк таймс», да и былое ее влияние на мышление американцев, давно уже не то, хотя ее отношение к евреям в Израиле ничуть не лучше, чем к евреям в период Второй мировой войны. И в этом, опять же участвуют журналисты –евреи. Существует серьезная экспертная оценка однобокого освещения редакцией «Нью – Йорк таймс» - арабо – израильского конфликта. Причем это делается с упорством попугая, который твердит одну и ту же, заученную фразу, а потому давно всем надоел!

Ну а когда расчет делается на дурачка, а их теперь становится все меньше, ибо хочешь или не хочешь, но постепенно осознаешь свою наивность, под давлением доступной информации из первых рук, то и спрос на газету сразу падает. В век Интернета, традиционные СМИ уже не играют роль - главного информатора. Единственное, что может спасти печатное издание, то это объективность ставшая неоспоримым правилом. В Израиле тоже есть газеты такого толка, но их преуспевающими не назовешь! Читателя, прежде всего, надо уважать, а не водить за нос! - А.Ш.)

Холокст и "Нью-Йорк таймс"  Часть 1.

Виктор Вольский

«Промолчи — попадешь в палачи», или

Холокст и «Нью-Йорк таймс»

Когда генерал Эйзенхnауэр водил американскую правительственную делегацию по территории освобожденного Бухенвальда, потрясенные увиденным сановники в один голос вопрошали: «Почему мы об этом не знали»?

Проблема, однако, в том, что вопрос был поставлен некорректно. Ибо те, кому нужно, знали о Холокосте, знали все, знали во всех подробностях, но предпочитали «не заострять» проблему планомерного уничтожения европейского еврейства. К такому выводу пришла автор исследования под названием «Замалчивая Холокост: Артур Хейс Сульцбергер и “Нью-Йорк таймс”» (Downplaying the Holocaust: Arthur Hays Sulzberger and the New York Times), которая была отмечена первым призом на нью-йоркском городском конкурсе 2013 года по случаю Дня истории.

Юная исследовательница — школьница по имени Анна Блех (Anna Blech) — дала себе труд обстоятельно изучить труды историков, покопалась в подшивках «Нью-Йорк таймс» военных лет и установила поразительную истину. Низкий ей поклон.Error! Filename not specified.

«Нью-Йорк таймс» уже и тогда служила маяком американского общественного мнения, законодательницей интеллектуальных мод и властительницей дум читающей публики. Именно «Нью-Йорк таймс» определяла повестку дня информационного рынка — словно флагманский корабль, в кильватере которого следует вся эскадра. То, что появлялось на ее первой полосе, было задающим импульсом, и сотни периодических изданий по всей стране послушно подхватывали темы, предписанные августейшей газетой. А то, что она не печатала или прятала на внутренних страницах, можно было спокойно игнорировать как мелочи, не заслуживающие внимания.

Возьмем, к примеру, номер «Нью-Йорк таймс» от 2 июля 1942 года. В нем сообщается об уничтожении нацистами 700 000 евреев — пятой части всего еврейского населения Польши. В статье даже упоминаются лагеря смерти и газовые камеры. Вот две выдержки:

«С первого дня германо-советской оккупации Восточной Польши немцы повели систематическую кампанию истребления евреев… Подростков и мужчин в возрасте от 14 до 60 лет сгоняли на площади или кладбища, заставляли рыть себе могилы и расстреливали из пулеметов или забрасывали гранатами.

Детей убивали в сиротских приютах, стариков — в богадельнях, пациентов — в больницах, женщин — на улицах. Во многих местах на евреев устраивали облавы и отправляли их в неизвестном направлении или убивали на месте — в окрестных лесах. Во Львове было уничтожено 35 000 человек, в Станиславе — 15 000, в Тарнополе — 5000, в Злочуве — 2000, в Бжезани из 18 000 евреев в живых осталось лишь 1700 человек. Во Львове бойня продолжается по сей день…».

Это типичный материал. В статье содержится точная, детальная, свежая информация. И подобных статей было множество. В период с 1939 года по 1945 год в «Нью-Йорк таймс» появилось 1186 материалов на тему о Холокосте. Но, несмотря на это, практически никто в Америке не знал о судьбе европейского еврейства. Как это могло пройти мимо внимания общества?  Пропаганда — это не только распространение целевой информации и не только замалчивание сведений противоположного свойства. Это также определенный метод подачи информации — в каком месте ее напечатать, каким шрифтом, с каким заголовком или вообще без заголовка. Одно дело громадная статья на первой полосе выше сгиба с кричащим заголовком аршинными буквами поперек всей страницы, и совершенно другое дело — набранная петитом заметка в глубине газеты, где она почти наверняка не будет замечена рядовым читателем. Таким вот образом нежелательные сведения можно спрятать у всех на виду, и при этом избежать упреков в попытке их замолчать: ну как же, вот они! Если люди невнимательно читают газету, мы тут не причем! Попробуй, придерись!

Именно к этому приему и прибегала редакция «Нью-Йорк таймс». Все материалы о Холокосте упрятывались в глубине газеты. В статье, отрывки из которой приведены выше, в частности, говорилось: «Эта, вероятно, крупнейшая гекатомба в истории человечества осуществлялась с применением всех известных приемов смертоубийства: пулеметов, ручных гранат, газовых камер, концлагерей, побоев, пыток, голода…». Этот материал — распространенное Би-би-си заявление лондонского правительства Польши в изгнании — был помещен в нью-йоркской газете на 5-й полосе в виде заметки вообще без какого-либо заголовка.

Напрашивается вопрос: почему? Чем была продиктована такая политика газеты? Быть может, первая полоса, где печатаются важнейшие новости дня, была полностью забита более важными сообщениями, и для материалов о Холокосте просто не нашлось места?

В тот день, когда официальное заявление польского правительства было упрятано на внутренней странице, на первой полосе «Нью-Йорк таймс» фигурировали статьи о теннисных туфлях и о консервированных фруктах. Что может быть важнее?!

Но что побудило «Нью-Йорк таймс» придерживаться такой политики? Ответ заключается в одном имени — Артур Хейс Сульцбергер, издатель газеты и владелец контрольного пакета ее акций. И, между прочим, еврей. Но не простой еврей, а видный представитель еврейской аристократической элиты, чья семья вела свою родословную в Америке с XVIII столетия. В силу ли этого сословного фактора или по какой-то иной причине, но он не видел ничего общего между собой и массами европейского еврейства.  Сульцбергер с патрицианским высокомерием писал: «Между несчастным, бедным евреем, гонимым на всей территории того, что недавно было Польшей, и г-ном Лесли Хор-Белишей или мной нет ничего общего. В Польше этот еврей, несомненно, является частью признанного меньшинства. А вот мистер Хор-Белиша и я, к счастью, не принадлежим ни к одной категории такого рода». (Еврей-сефард Лесли Хор-Белиша занимал в то время пост военного министра в правительстве Великобритании.)

Интересно, приходило ли владельцу «Нью-Йорк таймс» в голову, что в 1939 году, когда писались эти строки, гонениям подвергались отнюдь не только «несчастные, бедные» местечковые евреи, но также и светила немецкой науки и культуры, лауреаты Нобелевских премий, всемирно известные писатели, артисты, художники? Да ведь и самому Сульцбергеру, доведись ему жить в гитлеровской Германии, пришлось бы на собственной шкуре испытать все превратности судьбы, которые он презрительно считал уделом рядовой еврейской массы.

Анна Блех выражает мнение, что отталкивание от европейского еврейства у Сульцбергера было отчасти продиктовано его религией. Дед его жены Айзик Вайс стоял у истоков классического реформистского иудаизма, который не следует путать с современным реформизмом. Классический реформистский иудаизм базировался на идее о том, что евреи, не будучи особой нацией, народом или расово-этнической группой, определяются как таковые лишь в силу приверженности определенной религии — иудаизму. По мнению Анны Блех, Сульцбергер взирал на положение евреев в Европе через призму своей религиозной идеологии: поскольку он не считал их своими братьями по крови, ему и в голову не приходило, что кто-либо может рассматривать европейских евреев по-иному, и что нацистский антисемитизм был в первую очередь замешан на расовом антагонизме.

Если это так, это значит, что Сульцбергер отличался редким невежеством. Теоретики нацизма и сам Гитлер отнюдь не скрывали своих расистских взглядов. Как человек интеллигентный, Сульцбергер должен был быть хотя бы поверхностно знаком с антисемитскими идеями предтеч нацизма — Хьюстона Стюарта Чемберлена и графа Жозефа Артура де Гобино, особенно учитывая повальное увлечение в предвоенные годы евгеникой — учением об улучшении наследственных свойств человека, опиравшимся на постулат о неравенстве рас. Поэтому рискну предположить, что в данном случае этот еврейский аристократ просто лицемерил, не желая, чтобы его ставили в один ряд с еврейским плебсом, которым кишел нижний Манхэттен.

Tags: Блог Альберта Шамеса
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments