А.Шамес (a_r_on) wrote,
А.Шамес
a_r_on

Курашов (учитель из Саратова). Часть 2.

Курашов ( учитель из Саратова). Часть 2.

Курашов пишет: Начинает Сванидзе с   Серебряного века. Не без восторга говорит о деятелях культуры того времени, но политическому режиму ставит смертельный диагноз. Можно ли критиковать министров, царей, князей? Безусловно. Долой подобострастие, долой кастовость. Но – да здравствует объективность, а не страшилки. Его ненависть к советской власти еще неукротимее. Это мы помним по провокационным (а как назвать иначе?) программам «Зеркало» - девяностых годов. В озорной ельцинской избирательной компании 1996 года трудно было отличиться: слишком многие блистали подлогами, снобизмом, равнодушием к народу, холодной жестокостью к тем, кто оказался на «дне жизни». Но Николай Карлович даже тогда сумел побить рекорды! Пожалуй, как агитатор он был менее эффективен, чем тогдашние коллеги с НТВ и ОРТ. Слишком уж он был радикален: это не вызвало доверия. Стальной ненавистью отливали его очки, когда речь шла про безобидного Зюганова или добродушного Селезнева. Даже Вышинский, был подобрее, к врагам народа».

каких страшилках Сванидзе - ведет речь демагог Курашев? Многовековая царская власть, она же диктатура, содержала народ в «черном теле», да и называла его чернью, быдлом, холопами. Обладая огромными территориями, но, не имея возможности их освоить, держала своих подданных в ежовых рукавицах с помощью жандармерии, привилегированного казачества, армии и флота. Элита проживала во дворцах, купечество и буржуазия в особняках, рабочие влачили жалкое существование на производствах, хваткие мужики на деревне - обзавелись большим хозяйством и землицей, а остальные у них батрачили. Это и был «серебряный» век, где активный, нарождающийся средний класс, или как говорили - «прослойка» трудовой интеллигенции - начала продвигать идею пролетарской революции, ибо ждать либеральных поблажек от власти, уже не имело реального смысла.

Советская власть, столкнувшись с царским наследием, подарила народу мечту о прекрасном будущем, но обеспечила его - только своей номенклатуре. Недовольных властью, постоянно выявляли и ликвидировали, или же отправляли в лагеря, где гибли миллионы от непосильного, принудительно труда. А им нужна была замена. Так что, время от времени, проводились плановые чистки, а также повсюду поощрялись доносы. А дальше, умельцы ЧК, НКВД и КГБ выбивали признание, а товарищу Вышинскому всегда хватало - признания обвиняемого, или его росписи на сфальсифицированном документе.

Википедия: На политических процессах 1930-годов обвинительные речи Вышинского отличались особой грубостью, были наполнены резкими высказываниями, оскорбляющими честь и достоинство подсудимых — в частности, по делу троцкистско-зиновьевского террористического центра, делу антисоветского троцкистского центра, делу антисоветского «право-троцкистского блока». Почти все обвиняемые по этим делам впоследствии были посмертно реабилитированы за отсутствием в их действиях состава преступления (Сокольников Г. Я., Пятаков Г. Л., Радек К. Б., Рыков А. И., Зиновьев Г. Е., Бухарин Н. И. и др.). Было установлено, что следствие по данным делам опиралось на сфальсифицированные доказательства — самооговоры обвиняемых, получаемые под психологическим и физическим воздействием (пытками).

Вышинский: «Вся наша страна, от малого до старого, ждёт и требует одного: изменников и шпионов, продавших врагу нашу Родину, расстрелять как поганых псов!…Пройдёт время. Могилы ненавистных изменников зарастут бурьяном и чертополохом, покрытые вечным презрением честных советских людей, всего советского народа. А над нами, над нашей счастливой страной, по-прежнему ясно и радостно будет сверкать своими светлыми лучами наше солнце. Мы, наш народ, будем по-прежнему шагать по очищенной от последней нечисти и мерзости прошлого дороге, во главе с нашим любимым вождём и учителем — великим Сталиным — вперёд и вперёд к коммунизму»!

Во время «Большого террора» 1937—1938 годов Вышинский и нарком внутренних дел Н. Ежов входили в состав Комиссии НКВД СССР и прокурора Союза ССР (так называемой «верховной двойки», которая рассматривала во внесудебном порядке дела о шпионаже в рамках национальных операций НКВД. На практике в центральный аппарат НКВД СССР поступали так называемые альбомы (справки по делам), рассмотрение которых было перепоручено нескольким начальникам отделов (не видевших самих следственных дел). За вечер каждый из них выносил решения по 200—300 делам. Список приговорённых к расстрелу и заключению в ИТЛ затем перепечатывался набело и подавался на подпись Ежову, после чего с курьером отправлялся на подпись Вышинскому.[10] Так, 29 декабря 1937 года Ежов и Вышинский, рассмотрев списки на 1000 лиц латышской национальности, приговорили к расстрелу 992 человека.[11]

Переводчик В. М. Бережков в своей книге писал:

Вышинский был известен своей грубостью с подчинёнными, способностью наводить страх на окружающих. Но перед высшим начальством держался подобострастно, угодливо. Даже в приёмную наркома он входил как воплощение скромности. Видимо, из-за своего меньшевистского прошлого Вышинский особенно боялся Берии и Деканозова, последний даже при людях называл его не иначе как «этот меньшевик»… Тем больший страх испытывал Вышинский в присутствии Сталина и Молотова. Когда те его вызывали, он входил к ним пригнувшись, как-то бочком, с заискивающей ухмылкой, топорщившей его рыжеватые усики.[12]

По «делу Тухачевского» 1937 года вместе с наркомом внутренних дел Ежовым Вышинский был автором обвинительного заключения против М. Н. Тухачевского. После внесения правок и изменений обвинительное заключение Вышинского-Ежова было утверждено Сталиным. В ночь с 11 на 12 июня 1937 года Тухачевский был расстрелян. В 1956 году Главная военная прокуратура и Комитет государственной безопасности проверили уголовное дело Тухачевского и других вместе с ним осужденных лиц и установили, что обвинение против них было сфальсифицировано.

В 1937—1941 годах — директор Института права АН СССР, ответственный редактор журнала «Советское государство и право».

В 1935-1939 гг. входил в состав секретной комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) по судебным делам. Комиссия утверждала все приговоры о смертной казни в СССР.

Так что, сравнение Сванидзе с Вышинским, равносильно сравнению самого Курашева с Ежевым. – А.Ш.)

Tags: Блог Альберта Шамеса
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments